Как же получилось, что посредник стал главнее производителя и покупателя? О чём это я? Да о банках и всей этой системе, якобы «кровеносно-животворящей» в современных «правилах домашнего хозяйства» (oikos — дом, хозяйство, nomos — правило, вместе — экономика).
То, что банк — вроде бы (именно «вроде бы») посредник, видно невооруженным взглядом из терминологического объяснения: «кредитно-финансовая организация, осуществляющая проведение расчетов и привлечение-размещение денежных средств. Создаётся с целью получения прибыли, имеет право осуществлять банковские операции, работает на основании специального разрешения (лицензии) и не может вести производственную, торговую и страховую деятельность».
В противовес «суконному» языку, для простоты восприятия, нарисуем следующую картинку. Возвращается банкир домой, моет руки (это важно!), садится ужинать. К нему подходит сын и спрашивает: «Папа, я не понимаю — берёшь у одних, отдаёшь другим, на чём же ты зарабатываешь?» Банкир молча подходит к холодильнику, достаёт кусок сала и, подержав, кладёт обратно. Смотрит на сына: «Теперь понял?» «Нет». Банкир: «И сало в холодильнике, и руки жирные».
Началось всё давным-давно и ради удобства, когда деньги довольствовались скромной ролью взаиморасчётов, являясь средством платежей. Однако постепенно «средство» становилось «целью», ибо эволюционировало в самостоятельный товар. Не важно — золотой, или деревянный, ведь смысловое «наполнение» ему придавали люди. Они же сделали придуманный товар наиболее ликвидным, востребованным всё больше, и больше.
Коли так, понадобились «услуги населению» по превращению «камешков в ракушки» и наоборот, ведь не все видели «ликвидность» одинаково, и надо было как-то добиваться общего знаменателя. Расцвел промысел «менял», которые деньги хоть и не производили, но подолгу держали их в руках, отчего конечности (воспользуемся «сальной» метафорой) потихоньку становились жирными.
А потом, кто-то обратил внимание, что запас для обмена «простаивает» (вернее «пролёживает») от одной операции до другой. И почему бы его не дать «погонять» на время, за определённую мзду.
Ради истины отметим — практика ростовщичества сложилась до изобретения денег. Бывало, брали мешок зерна на посев, а возвращали полтора с будущего урожая, что казалось вполне логичным: одно брошенное в землю зёрнышко, могло принести в итоге несколько. Поэтому — изволь поделиться по-честному, тебя же выручили в трудную минуту.
Но деньги, это не зёрна. Все религии восстали против. Христианство: «деньги сами по себе не приносят и не производят никаких плодов, поэтому непозволительно и несправедливо брать что-либо сверх отданного внаём». Знаменитый Фома Аквинский пошёл ещё дальше, высказав очень «продвинутый» аргумент о том, что если величина процента зависит от некоего периода времени, то ростовщик продаёт не что иное, как… время.
Иудаизм тоже «не молчал»: «Если дашь деньги взаймы бедному из народа Моего, то не притесняй его и не налагай на него роста». Правда с оговоркой: «с иноземца взыскивай, а что будет твое у брата твоего, прости».
В исламе о запрете риба (ростовщичество) однозначно говорится в 130 аяте суры Аль Имран и 275 аяте суры аль-Бакара. Короче говоря, наблюдается полное единодушие — богомерзкое это занятие.
С чего бы так? Даже вынося за скобки всю теософскую составляющую, любая массовая религия заинтересована в человеческом процветании и развитии. По вполне прагматичной причине: нет паствы, нет и культа. Громкое слово — справедливость означает всего лишь на всего «равновесие» и, когда баланс сильно нарушается, люди начинают уничтожать друг друга. Для этого им вполне достаточно и естественных эмоций-инстинктов, а если добавлять ещё и искусственные… Короче, ростовщичество практически сразу признали сильнейшим раздражителем того баланса «взаимоотношений».
Увы — переиначу поговорку — религия предполагает, а ростовщик располагает. Будущие банкиры («банк», от итальянского banco — прилавок для менялы) научились к себе «располагать», возомнив себя раздатчиками воды в пустыне. Кто ж откажется напиться, в обмен на маленький пустячок — в нужный момент закрыть глаза на некоторые «нюансы».
«Расцвет и возмужание» началось с ограбления Византии. «Оборотного капитала» стало не много, а слишком много, запасы менял увеличились не в разы, а в десятки раз! Первыми додумались в Ломбардии, на севере Италии — давать в долг, под залог имущества. Возврат, естественно, с процентами. Новое занятие показалось чертовски привлекательным — не пашешь, не строишь и даже не воюешь, а уважения и страха к тебе столько, что хоть взаймы предлагай.
В суете событий «не заметилось» одно ма-а-а-аленькое противоречие. Которое постепенно стало расти и в наши дни достигло огромных размеров. А потом, если ничего не изменится, оно всё и похоронит. Не в буквальном смысле, конечно. Хотя…
Нонсенс в следующем. Создав систему параллельных ценностей, человечество потихоньку подчинило ей ценности настоящие. Как, если бы Робинзон Крузо, вместо основных работ, целыми днями полировал бы найденные монеты. Напомню, у него их было достаточно много и, не исключено, что он мог бы купить необитаемый остров сам у себя. То есть, являясь фактическим владельцем клочка земли, он параллельно обладал капиталом той же стоимости. Вот только от этого островов не стало больше и совсем не по причине, экстремальных условий и одиночества Робинзона. Если здесь логика не понятна, чуть ниже постараюсь объяснить её по-другому.
Я пропускаю… надцать страниц текста банковской истории, ибо меня интересует не хроника, а вопрос — как мы докатились до жизни такой? Читаем Википедию: «В современности ростовщичеством называют дачу средств в долг под необоснованно высокий процент по сравнению с обычной сложившейся практикой».
То есть произошла подмена смыслов — нынче важно уже не то, на чём стоят все банки, а сколько. По той же логике «переозвучим» проституцию: «В современности проституцией называется необоснованно высокая частота связей, по сравнению с обычной практикой».
Дальше — хлеще: «Законодательство Российской Федерации не определяет и не использует термин «Ростовщичество». Всё, отмылось-таки некогда позорное явление и де-юре, и де-факто.
Из посреднических «услуг для населения», банки потихоньку трансформировались в магазины по продаже денег, ну, а после — в производство этих самых денег. То бишь, производитель наиболее ликвидного товара, сам его реализует, сам, в конечном счете, принимает и опять засылает «в круг».
Убедимся на практике. Допустим, вы кладёте в банк 100 условных единиц (валюта не важна, важен принцип). Из них 10% идут на увеличение ликвидных резервов (на кассу или корреспондентский счёт условного Центробанка), а 90 единиц отправляется в кредит кому-либо.
Если бы вы дали взаймы напрямую, у вас бы осталось 10 единиц, а у заемщика появилось бы 90. Но в банковском случае — и у «кредитника» 90, и у вас на счёте по-прежнему 100. Таким образом, «из ничего» — благодаря появившимся новым цифрам на мониторах — ваше совокупное богатство (вместе с заёмщиком) возросло аж на 90%!
Дальше — больше! Кредит берётся подо что-то и 90 единиц возвращается в систему. Опять 10% — в резерв, остальное — в кредит. 100 (изначальная сумма депозита)+90 (первый кредит)+81(второй кредит)=271
Изящно и легко, за короткий промежуток из «ниоткуда» наросла 171 условная единица. Ясно теперь, за счёт чего происходит приращение? Вот именно — за счёт долга. При нынешних темпах «оборачиваемости», надо забыть об обеспечение «банковских расписок» — банкнот (от bank и note) не только каким-то там золотом, но и вообще чем-либо. Инфляция запрограммирована системой.
А есть и другие «плюшки» — отдавать следует с процентами. Ладно, мы, простые смертные, но и правительства (неважно чьи) тоже находится в шкуре заёмщиков, обращаясь в Центробанки, или ФРС. Но, когда деньги «рождаются» из долгов, откуда бы взяться дополнительному «плюсу» на их погашение? Грубо говоря, вернув всё до копеечки, мы всё равно «попадаем» на проценты, коих не существует даже умозрительно. Чтобы отдать, придётся снова занять и далее опять по цепочке.
Почему наступила эпоха бесконечного потребления и «одноразовых» вещей? Потому что надо хоть как-то успевать в насыщении всё более, и более раздувающегося финансового монстра. «Колесо» не имеет возможности «тормозить», в противном случае разломается вся планетарная телега.
Представьте — накопления, которым вы отдали годы работы, а соответственно и жизни — обратились в пшик! Станете вы после этого слушать какое-либо правительство? А когда в подобном положении окажется не один, а все?
Поэтому банки спасают (и будут спасать) любой ценой. Хотя из «кровеносной системы» экономики они давно регрессировали (прогрессировали?) в «вампирскую». Рассуждения циничные, но полностью практичные: лучше пожертвовать частью бедолаг, зато избежать полного хаоса. Пусть, пострадают некоторые, которым, якобы «не повезло», чем абсолютно все. «Кровушку» спускают потихоньку — через банкротство отдельных банков — данная процедура, как и инфляция, также неотъемлемая составляющая «правил игры». Слыхали, про «схлопывание»?
Пока же всё «хорошо»: по финансовой документации, человечество становится богаче с каждым часом. Скоро сможем купить себе другую планету (а то и две). А «покупать», рано или поздно, придётся, ибо «старую» мы «потратим». Нужно же не только делать «одноразовые вещи», но и куда-то складывать «обломки».
«Докопаемся» до сути выражения: «Экономика должна расти». Сей «рост» основывают на показаниях пресловутого ВВП — сумме всего того, что покупается и продаётся за определённый промежуток времени. Чтобы «росло» надо раздувать эту сумму, по максимуму затариваясь «продуктом». На выходе получаем «беспредел», в смысле — сверх естественных пределов. Ведь человеческая жизнь конечна, и кроме того, два костюма одновременно не наденешь, и три обеда сразу не съешь.
Значит, придётся убеждать — каждый костюм следует носить не более часа, и выбрасывать, как вышедший из моды. А еду, резко ограничить в качестве, чтобы успевала портиться ещё в процессе приготовления.
«Поправима» и сама смерть: человек же должен что-то «оставить» своим детям? Что? Лучше банковского счёта — в «одноразовую» эпоху — придумать трудно. Правда, производство нолей на мониторах не останавливается ни на секунду и чем всё это в итоге будет обеспечено совершенно не ясно. Но конкретный человек, далеко не загадывает. Главное — он «оставил» детям…
Наверное, не столь уж не правы религии, осуждающие «деньги в рост». Правда, их решающий голос остался в прошлом. Есть ли выход сейчас? Есть, но он понравится не всем. Ох, не всем!
Потребуется другое осознание, почему следует расплачиваться прошлым (заработанным), а не будущим (долгом). Функцию платежей и ростовщичество следует максимально разнести (не «вдребезги», а подальше друг от друга). В соответствие с чем, законодательно разделить банковскую систему — на реальный и виртуальный сектора.
Иначе нас продолжат обкрадывать всех скопом, включая и тех, кто принципиально не берёт кредиты. Как? Элементарно — встроенная в систему инфляция обесценивает любой труд, оплаченный не только силами, но и временем. А это — в отличие от всего иного — ценность конкретная, ибо невосполнимая и ограниченная рамками человеческой жизни.
…Вы по-прежнему уверены, что должны работать деньги, а не люди? Робинзон бы вас не понял.
Михаил Синельников-Оришак
